 |
 |
|
|
|
||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|||
| |||||||||
| |||||||||
Владимир Макаров: «Я прощаю, но не забываю!»
- Через несколько месяцев вы не будете министром. Пора подводить итоги: что не удалось? Только честно.
- Государственная жилищная программа. Заканчивается эпоха приватизации жилищного фонда, при этом всегда будут люди, которым государство должно помочь с жильем. Не удалось до конца разобраться с тем, что происходит в Литве. Я имею в виду нефтяной терминал в Бутинге, цементный завод и Игналинскую АЭС. Но на границе с Литвой мы уже начали мониторинг.
- А чем гордитесь?
- Как министр, я могу гордиться нашим законодательством в области защиты среды, оно соответствует европейским стандартам. В нем теперь существуют четкие нормы, что при строительстве предприятий - будь то новый целлюлозный завод или нефтяной терминал - всегда учитывается влияние на среду. Это значит, что Латвия не станет страной, где будут использоваться технологии секонд-хэнд.
- При этом именно по мере приближения к ЕС все чаще говорят о превращении Латвии в свалку европейских отходов...
- Я не согласен. Наше законодательство строго ограничивает и регулирует этот процесс. Да, министерство защиты окружающей среды иногда выдает разрешение на ввоз некоторых отходов, но исключительно для переработки, как вторичное сырье. Латвия никогда не превратится в евросвалку хотя бы потому, что мы ратифицировали Базельскую конвенцию о запрещении захоронения «чужих» отходов.
- А скандал с полигоном химических отходов под Олайне? Зачем нужна эта свалка?
- Министерство еще не приняло никакого решения, мы только дискутируем. При этом трудно говорить, если уже существует убеждение, стереотип. Мое мнение: Латвии нужен полигон опасных отходов. Да, это медицинские отходы, это частично химические отходы. Но... Во-первых, на этой свалке будут находиться только сухие отходы. Во-вторых, они будут захоронены в таком виде, чтобы не было опасности для окружающей среды.
Выбор у нас невелик: это Олайнская волость или Зебренская. Олайне выгоднее. Под Олайне уже существует загрязнение среды и рекультивация этой территории стоит 3 - 4 миллиона латов. И вместе со строительством полигона я говорил об очищении этой территории.
И последний аргумент: на «Олайнфарме» сейчас работают около 800 человек. Не будет полигона, «Олайнфарм» может закрыться. А это значит, что рабочих мест не будет, люди окажутся безработными. И это не спекуляция.
- Вы не отказываетесь от своих слов, что работа министра в минсреды - это курорт?
- Конечно, курорт, по сравнению с работой в других министерствах. Ведь проблемы, которые решает министерство среды, ежедневно волнуют только 3 - 4% населения. В минсреды спокойно, и поэтому можно думать стратегически. А, например, в министерстве благосостояния в свое время мне же приходилось работать как пожарнику.
- Почему премьер-министр Андрис Берзиньш отправил в отставку Андрея Пожарнова сейчас, за несколько месяцев до выборов в парламент?
- Трудно сказать, почему. Может быть, на премьера повлиял скандал вокруг Ледового дворца, может быть, общее недовольство здравоохранением, может быть, это намечающаяся забастовка медперсонала... Не знаю.
- Здравоохранение - традиционная вотчина ТБ/ДННЛ. Считаете ли вы, что отставка Андрея Пожарнова - это индикатор краха всей политики ТБ?
- ТБ, скорее, столкнулось с проблемой роста. Нам нужно перейти от популистского национализма к прагматической консервативной национальной политике. Мы растем, появляются новые люди. Партия должна более четко определить свою позицию в некоторых вопросах. В национальном вопросе позиция четка, а вот в экономических... Как, например, защитить наших крестьян или предпринимателей, когда мы вступим в ЕС? Об этом речь. А в Евросоюз Латвия вступит.
- Но вы же всегда были евроскептиком!
- Был. А сейчас начинаю понимать прагматизм вступления в ЕС. И знаете почему? У меня два сына. Я не хочу, чтобы они уезжали в поисках лучшей жизни в ЕС, я хочу, чтобы они жили тут, в Европейском Союзе.
- Будете ли вы участвовать в выборах 8-го Сейма?
- Да, буду. От объединения «Тевземей ун Бривибай», разумеется.
- Был ли у вас внутренний конфликт: вот я русский, а партия, которой обязан всей своей карьерой, скажем так, «латышская»?
- Не было. Во времена Народного фронта очень многие русские защищали идеи независимой Латвии. Мне непонятно другое: почему совместная борьба за независимость позже развела людей по нациям.
- Все эти годы у вас в ТБ не было проблем?
- Были. Например, когда Палмира Лаце заявила, что русского Макарова должны в 2002 году куда-то вывезти. Я эти заявления воспринял на свой счет.
- Кстати, о сведении счетов. Что вы никогда не простите людям?
- ( Глубокая пауза .) Это очень личное... Никогда не прощу упоминания моей инвалидности. И еще не терплю предательства.
- А остальное - простите?
- Я должен повторить одного политика: «Я прощаю, но не забываю».
- На каком языке в неофициальной обстановке вы общаетесь с такими же облатышенными русскими, как вы, с г-ном Пожарновым, например?
- Это зависит от ситуации. В семье говорю по-русски со своей сестрой, пока была жива мать - говорил с ней и со всеми родственниками. Если есть возможность, я стараюсь достаточно часто говорить по-русски. Я уже потерял один язык, и второй - русский - терять не хочу.
- Какой язык вы уже потеряли?
- Литовский. В детстве я свободно говорил на трех языках, мы жили почти на самой границе с Литвой.
- Вы не считаете, что у многих ваших русских соплеменников есть проблемы, например, что есть граждане и неграждане?
- По-моему, для населения Латвии сейчас актуальны другие проблемы, независимо от национальности: где лучше живется и что я лично готов делать, чтобы мне жилось хорошо. Расслоение всегда происходит по экономическим причинам.
- Что для вас лично значит быть русским?
- Это философский вопрос. Для меня русского человека характеризуют четыре вещи. Во-первых, гостеприимство; во-вторых, очень богатая культура; в-третьих, сложная, но архиинтересная история; и четвертое, что мне особенно нравится, что русский всегда найдет выход. В любой ситуации.
- Кто вы по вероисповеданию?
- Православный. Но не спрашивайте, в какой приход я хожу. Я вообще не хожу в церковь. В советское время этого не было, а сейчас мне нужно какое-то время, чтобы преодолеть, наверное, двуличие, которое есть у большинства неофитов: вчера воинствующий атеист, сегодня - неистовый верующий.
- Кто у вас в числе любимых писателей?
- Из русских Булганин, Гончаров, я хорошо знаю Пушкина, Лермонтова, иногда читаю стихи Ахматовой.
- Недавно вы сказали, мол, скорее бы избрали нового министра благосостояния, а то у вас уже скопилась новая стопочка книг, которые хотите прочитать. Что в ней?
- Увы, не то, что я хотел бы. Исторические книги, история России, тайны XX века и, не буду кривить душой, Маринина. Для того чтобы читать серьезную литературу, нужно определенное состояние души. А Маринину можно взять и за одну ночь прочитать.
- Есть ли у вас пристрастия, кроме чтения?
- Есть, и несколько. Во-первых, это наша овчарка, она тебя всегда радостно встречает, дом никогда не бывает пустым. Мой долг - выводить ее по утрам. Во-вторых, походы на плотах по рекам Латвии. У нас за 14 лет подобралась компания «своих». Начинали, когда дети были совсем маленькими, а теперь они выше нас. Ну и иногда стараюсь, чтобы не терять форму, заниматься виндсерфингом.
- Какой самый нелепый отзыв о себе вам приходилось слышать?
- Когда иду вместе со своими сыновьями, до сих пор часто слышу: «Вон Макаров идет с телохранителями».
- Кстати, не имеете ли вы отношения к изобретателю пистолета Макарова?
- Не имею. Мои предки в конце XIX века с Васильевского острова в Санкт-Петербурге переехали жить в Латгалию.
- Как вы защищаетесь?
- Словами. Последняя драка была в Чиекуркалнсе, мне было 28 лет. Около 11 вечера я возвращался с работы в школе, шла компания молодых. Пришлось отобрать нож.
Когда был министром благосостояния в предыдущих правительствах, часто ходил по базару. Там люди тоже довольно агрессивно меня спрашивали про систему здравоохранения. Но до драки не доходило. Отшучивался.
- Расскажите ваш любимый анекдот.
- «Встречаются двое, один другого спрашивает: «Сколько человек работает у вас на фирме?» - «В администрации 15». - «А без администрации?» - «А кто же работает без администрации!»  | |
     
    
 |
 Copyright (c) Petits Copyright 2001 Associated Press All rights reserved E-mail Webmaster ISSN 1407-6640 |
Трудно быть министром: все тебя хотят