 |
 |
|
|
|
||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|||
| |||||||||
| |||||||||
|
OpenX
Профессор кино Борис ФРУМИН: «Смотрю эти ужасные сериалы»русские
Поняв, что снимать ему больше не дадут, в конце 70-х Борис Фрумин эмигрировал в Америку. И уже через несколько лет стал профессором Нью-Йоркской киношколы - мечта для эмигранта! Время от времени Борис ездит с семинарами по всему миру. Нынешней зимой добрался он и до родной Риги.
- Андрей Кончаловский в своих мемуарах сокрушался о том, что попал в Америку слишком поздно. Вы эмигрировали, когда вам не было еще и тридцати. И все-таки карьеру вы сделали не как режиссер, а как преподаватель...
- Для того чтобы снимать кино в Америке, там надо родиться. Или по крайней мере окончить школу и университет. Чужаку там вписаться в профессиональную среду очень трудно. Такие случаи есть, но это результат карьеры, которая состоялась до Америки. Милош Форман приехал в США, уже имея на своем счету «Оскар» за чешскую картину. Роман Полянский приехал в Голливуд тоже признанным европейским режиссером. Я же был никому не известен. В Союзе я снял три картины, причем третья была положена на полку. Мои картины никогда не пускали ни на один фестиваль, и в США их никто не знал. К тому же я приехал в чужую страну, не зная языка, культуры, - о какой профессиональной работе могла идти речь?!
- Изменилось ли с годами ваше представление об Америке?
- Вначале у меня преобладали хорошие впечатления. Поразило то, что американцы очень терпеливы, благожелательны, помнят твое имя после первого же представления. Поразила культура быта. Сегодня этим никого не удивишь, но тогда на нас, приехавших из страны, где тебе на каждом шагу хамят, где ты все время унижен, это произвело большое впечатление. С первого же дня мне было в Америке психологически комфортно. И даже проблема с языком не была проблемой. Американцы удивительно терпеливы по отношению к эмигрантам: ведь все когда-то сюда приехали, все когда-то были эмигрантами. Я думаю, что благодаря Америке я и сам стал более терпим к противоположной точке зрения.
- Что же вам в Америке не нравится?
- Сегодня в Америке ты не всегда говоришь то, что думаешь. Америка признает за каждым человеком право быть тем, кто он есть, и делать то, что он хочет. Но когда ты не согласен с чем-то, ты должен сто раз подумать, прежде чем сказать об этом во всеуслышание, - издержки пресловутой политкорректности. Находясь в классе со своими студентами, я вынужден ежесекундно редактировать свои мысли, чего никогда не случалось со мной в России. В Америке люди стараются не говорить о серьезных вещах, предпочитая огибать острые углы, сглаживать их. В итоге получается недосказанность, ведущая к неправде. Пробираться через честную американскую прессу не всегда просто. Она как бы объективная, но за этим стоят недоговорки, передергивания. Там есть значительная доля компромисса...
- Правда ли то, что в связи с последними событиями в Америке усилилась цензура?
- Я далек от той области, на которую могла бы распространяться цензура. Но то, что нынешняя американская администрация дисциплинирует, подтягивает жизнь вокруг себя, - это факт. Страна в своем самовыражении ушла очень далеко, и трагические сентябрьские события - повод напомнить людям о том, что нельзя публично сжигать национальный флаг. Я не знаю точно, как цензура сегодня работает в Штатах, но я абсолютно уверен в том, что это не сравнится с тем, что происходило в свое время в СССР. Хотя, конечно, эпоха маккартизма в США тоже не слишком отличалась от жизни в СССР. Точно так же уничтожались жизни и репутации людей. Разве что лагерей не было...
- Как человек, живущий не просто в Нью-Йорке, но еще и в двух шагах от ВТЦ, можете ли вы подтвердить расхожее мнение о том, что жизнь в США раскололась на две половинки - «до» и «после»?
- Нет, не могу. Это все та же жизнь.
- Общаетесь ли вы в Америке с соотечественниками?
- Среди наших друзей большинство русские, хотя есть и американцы. В гости мы их приглашаем по отдельности: в один вечер русских, в другой - американцев. Открещиваться от родной культуры, как это делают некоторые эмигранты, я не собираюсь. И даже смотрю эти ужасные русские телесериалы, сознавая, что это очень плохой и непрофессиональный продукт. Трогательно видеть на экране лица твоих постаревших сверстников. Видимо, есть необходимость в этом общении с прошлым.
- Недавно на канале ОРТ был показал сериал «Вид на жительство», снятый в Америке русским режиссером и с русскими актерами - с той же Еленой Соловей, например. На мой взгляд, это было чудовищно, гораздо хуже, чем новые русские сериалы.
- Возможно. Но этот сериал был рассчитан исключительно на российского зрителя, отсюда и столь невысокий его уровень. Американские сериалы тоже малоинтересны, но они хотя бы профессионально сделаны. Понятно, что у них совсем другой бюджет, но все-таки падение уровня киномастерства в России поражает. Разрушены студии, разрушено дисциплинарное, морально-этическое отношение к профессии. Люди спешат заработать деньги, угодить зрителю, не думая ни о чем другом. В советское время подобное было невозможно.
- В Нью-Йорке уже три раза проходил фестиваль русского кино, организованный композитором Журбиным. Коренные американцы проявляют к нему интерес?
- Рассчитывать на это было бы неразумно: американцам это неинтересно. Когда на фестиваль впервые приехали русские кинематографисты и увидели в зале исключительно эмигрантскую публику, они были разочарованы. Но точно так же на Дни французского кино приходят одни французы. Это особенность американского менталитета - другими культурами они не интересуются. Можно это назвать самодостаточностью, можно - ограниченностью.
- Что-то из нового русского кино вам лично понравилось?
- Пожалуй, только картина Валерия Огородникова «Барак». Но вообще-то последним значительным российским фильмом для меня был «Астенический синдром» Киры Муратовой.
- С кем-то из русских киношников-эмигрантов вы в Америке общаетесь?
- Мы дружим с Леной Соловей, с которой вместе учились во ВГИКе. Она снималась в моей первой картине, а ее муж Юрий Пугач был художником на двух моих фильмах. Это замечательная семья. Изредка, в основном на фестивале русского кино, видимся со Славой Цукерманом. А больше никого и нет.
- А Наталия Андрейченко?
- Я с ней незнаком.
- В вашей картине «Дневник директора школы» эпизодическую роль сыграла Наталья Медведева - будущая жена Эдуарда Лимонова. А сценарий фильма «Ошибки юности» написал Эдуард Тополь. Оба они, как и вы, тоже оказались эмигрантами. Ваши пути в Америке пересекались?
- С Наташей, которая жила в Калифорнии, мы так и не увиделись, хотя написали друг другу по теплому письму. Сейчас она в Москве. Тополь очень помог нашей семье на первых порах. Мы даже начали с ним писать сценарий, но потом наши пути разошлись. Сегодня я с ним отношений не поддерживаю и поддерживать не собираюсь.
- А правда ли, что именно из-за отъезда Тополя была закрыта ваша картина «Ошибки юности»?
- Картина так или иначе должна была лечь на полку. С самого начала к нам было приковано пристальное внимание киночиновников. Их не устраивал сценарий, не устраивал артист Жданько (аргумент был странный: «У него волчьи глаза»). Военная цензура не утвердила армейские сцены. В общем, с самого начала мы шли на конфликт. Но мне тогда казалось, что чиновников можно убедить тем, что мы снимем хороший фильм. Это оказалось иллюзией. Когда картина заканчивалась, эмигрировал Тополь. Это подлило масла в огонь. Фильм на экраны так и не вышел. Закончил я его уже в годы перестройки, когда по приглашению «Ленфильма» приехал в СССР. Сегодня непонятно, что уж такого криминального, антисоветского усмотрели власти в этой ленте. Но тогда криминалом было даже то, что мы показали то, как неустроенный парень пьет с работягами портвейн.
- Есть ли среди ваших нынешних студентов выходцы из СССР?
- У меня была очень талантливая студента Джулия Локтефф, она же Юля Локтева, бывшая ленинградка. Она сняла прекрасный дебют, который получил награду на кинофестивале в Сандэнсе. Но, к сожалению, кино она больше не занимается. Сейчас у нас учится студент из Латвии Гатис Шмидт. Он написал довольно интересный дипломный сценарий, и я надеюсь, что он получит деньги из Латвии, которые позволят ему снять картину.
- В начале 90-х на деньги «Совэкспортфильма» вы сняли в Америке картину «Черное и белое», которая получила несколько призов на кинофестивалях. Почему ее нигде не показывают?
- У этого фильма загадочная судьба: он сгинул где-то в холодильниках телевидения. Когда я приезжаю в Россию, у меня нет времени, чтобы заниматься его поисками. Говорят, что фильм продан «Останкину», но «Останкина» уже не существует. Одна копия картины хранится в моем офисе - именно ее и показали на последнем фестивале в Нью-Йорке в разделе «Эмигрантское кино». Фильм хорошо приняли, о нем говорил какие-то приятные слова Евгений Евтушенко.
- С этого фильма, рассказывающего о приключениях русской девушки в Америке, началась карьера актрисы Елены Шевченко - она знакома нашему зрителю по фильму «Сирота казанская». По ее словам, главный режиссер Театра им. Маяковского А. Гончаров взял ее в театр именно после того, как увидел в вашем фильме.
- Лена, кстати, сейчас ждет третьего ребенка. Это замечательная актриса и замечательный человек. Хотя фильм ей дался нелегко: она неуютно себя чувствовала в Нью-Йорке, ничего там не понимала, ей казалось, что она плохо играет, рвалась домой.
- Странная параллель двух американских картин: Лена Шевченко блестяще сыграла в вашем фильме, который никто не видел, а ее бывший муж Владимир Машков весьма посредственно сыграл в картине Бодрова «Сделаем это по-быстрому», который имел шумную рекламу.
- Я считаю, что Машков у Бодрова сыграл хорошо. Возможно, вас не удовлетворил уровень самого фильма. Но у Машкова, на мой взгляд, неплохие перспективы в Голливуде. Сейчас его активно снимают в американских лентах, причем далеко не всегда в ролях русских мафиози.
- Вы думаете, у Машкова есть шанс стать новым Бандерасом?
- Бандерасу очень многое помогло. У него были успешная европейская карьера, фильмы Альмодовара, ну и, конечно, протекция Мелани Гриффит. В Америке это очень важно: не талант, а наличие полезных связей, знание того, как работает эта машина. И, безусловно, профессионализм. А Машков профессионал.
- Как вам кажется, Людмила Гурченко, попади она в свое время в Голливуд, смогла бы сделать там карьеру?
- Мне трудно судить. Ясно лишь, что эта актриса недопонята, недораскрыта советским кино. Я встретился с Гурченко, когда работал ассистентом на картине «Монолог» у Авербаха. Люся пробовалась на ту роль, которую в результате сыграла Терехова. Потом Гурченко сыграла в фильме «Старые стены», где она сломала свое амплуа, которое как шлейф тянулось за ней со времен «Карнавальной ночи». И когда она заканчивала работу в этой картине, я ее пробовал в «Дневнике директора школы» на роль завуча. Так сложилось, что эту роль отдали Ии Саввиной. Гурченко была огорчена. Я подошел к ней и сказал: «Люся, можете ли вы сыграть в моем фильме эпизод? Я обещаю, что вы три раза появитесь на экране, и в каждом эпизоде вы будете другим человеком». Гурченко сказала, что режиссеры всегда обманывают, но согласилась. А когда спустя год на Рижской киностудии я начал работу над «Семейной мелодрамой», то в роли изверившейся, израненной, одинокой героини уже не видел никого, кроме Людмилы Марковны. И хотя на пробах она выглядела не слишком убедительно, в результате сыграла блестяще.
- В этом фильме вы сняли и «хорошего, живого, остроумного» мальчика Валерия Каргина. Как и когда вы узнали, что Валерий Михайлович стал богатым человеком, банкиром?
- В 1998 году, когда меня пригласили в жюри фестиваля «Балтийская жемчужина». Тогда я в первый раз позвонил Валерию Михайловичу, и мы с ним увиделись. Видимся до сих пор.
- Ваши встречи носят сугубо ностальгический характер или...? Продюсирование кино г-на Каргина не привлекает?
- Я думаю, если ему покажется разумным вложить деньги в какой-то фильм, он их в него вложит. Он умный человек.
- Но конкретных предложений вы ему не делали?
- No comment. Без комментариев.
- И последний вопрос. Есть ли в Риге места, которые вам особенно дороги и которые вы всегда посещаете?
- Дом на улице Суворова, 16, где я вырос, 15-я средняя школа, станция Дзинтари. Адреса моего детства...
| |
      
    
 |
 Copyright (c) Petits Copyright 2001 Associated Press All rights reserved E-mail Webmaster ISSN 1407-6640 |
Нью-Йорк, Нью-Йорк...
