 |
 |
|
|
|
||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|||
| |||||||||
| |||||||||
Григорий Лучанский: «Мне неинтересно работать в Латвии зарабатывать, я хочу там тратить деньги»
- У меня не получается приехать просто физически, потому что я в это время подписываю очень серьезный контракт во Франции. Это не кокетство и не отсутствие желания. Я буквально перед вашим приходом говорил с Николаем Нейландом и предложил ему такой вариант: поедет президент или первый вице-президент нашего Фонда экономического развития стран СНГ и Балтии. Это структура, в которой я тоже принимаю участие, а президент там - бывший министр экономики России Андрей Георгиевич Шаповальянц. Так вот либо он, либо первый вице-президент Андрей Викторович Астахов поедут в Ригу с рефератом, который я подготовил.
- Значит, у вашей фирмы и лично у вас интерес к Латвии все-таки есть?
- Это не моя структура, этот фонд - серьезная международная организация (во всяком случае, мы хотим такой ее сделать). Мы считаем, что реализация проектов по подъему экономики постсоветских стран не может разделяться - в силу глубокой их интегрируемости. Невозможно заниматься экономикой СНГ без учета, скажем, балтийского транзита и возможностей Балтии быть мостом между Европой и Россией. Кстати, сегодня эту роль на себя перетягивает целый ряд других государств - Израиль, Кипр, Югославия, Финляндия и т. д. Но Балтии сам бог велел быть этим мостом. И если отбросить несерьезные по сегодняшним меркам рассуждения о русской опасности (потому что мир изменился), то, в принципе, это очень здоровая идея, которую я бы хотел защитить.
- Но вряд ли вы отстаиваете только идею - хотя и такую благородную. Вы же все-таки бизнесмен?
- Знаете, я уже заработал на черный день. А в Латвии я никогда в жизни ничего не зарабатывал (кроме приговора суда 1982 года) и, наверное, не заработаю. Поэтому не это главное. Просто сама тусовка эта мне очень интересна. Это приводит к каким-то нестандартным ходам, появлению каких-то новых проектов. Они не обязательно будут прибыльными, но они имеют перспективу.
- То есть вы допускаете, что поучаствуете в каком-нибудь проекте - скажем, нефтяном?
- Я как бизнесмен не проявляю интереса к Латвии. Участвовать в каких-то серьезных проектах балтийского транзита - ну там составы с мазутом на Вентспилс - меня это уже не так привлекает. Мне это было интересно 10 лет тому назад. Я уже прошел этот период - считать вагоны. А вот мост между Европой и Россией - это мне интересно. Не с точки зрения тактики бизнеса, а с точки зрения экономической стратегии. Я сегодня уже не бизнесмен, который day to day many making (делающий деньги каждый день. - Авт. ). Я уже хочу их тратить. Тратить то, что я по жизни заработал, на вещи, которые меня действительно интересуют и имеют какое-то гуманитарное значение.
- После множества историй о том, как вас разрабатывали европейские и американские спецслужбы, вы как-то сказали, что Запад для вас закрыт, остается Россия. Как вы определяете свои бизнес-цели?
- Проблема в том, что мы изначально совершили ошибку. Ну почему на Западе так не наезжают на Березовского или Гусинского, которые официально являются предметом расследования российской прокуратуры? Потому что они начинали свой бизнес и встали на ноги в России. Поэтому они Запад меньше интересовали. А несколько человек, пионеров - таких как я, как братья Черные и прочие - начинали на Западе. Это совсем другое. Для Запада была непонятна структура нашего бизнеса и его идеология. И, откровенно говоря, мы тоже делали много ошибок - не все было кошерно. Но мы не использовали гангстерских методов, в чем нас подозревали. Кстати, в отличие от перечисленных мною (и уважаемых) коллег, мы никогда в России не подвергались никаким преследованиям. Здесь знают, что мы ничего не сделали противозаконного. За каждый доллар, который я заработал, я могу отчитаться. Потому что я заработал его в России, а не в Австрии. В Вене я просто сидел - у меня там офис был. Но спецслужбы все время вели расследование и подвергли очень жесткому прессингу. Пока не появился переломный фактор - 11 сентября нынешнего года - русская мафия была для них самым интересным предметом.
Может быть, сейчас мир изменится. Все поймут, что не мы разрушители мироустройства. И я надеюсь, что мои земляки тоже поймут, что ничего плохого я Латвии не делал. А только хорошее.
- Если мир изменится, вы вернетесь на Запад?
- А какая разница? У меня две семьи - одна в Австрии, другая в Москве. Две жены. Я понял одно: что мое место здесь. Мы все рабы каких-то мифов. Например, мы, евреи - рабы мифа о том, что в Израиле нас ждут. Это бред собачий. Я перевез туда останки своих родителей: из Риги маму перевез, из Ташкента - папу. Захоронил вместе - все красиво. Не скажу, что во мне какие-то религиозные чувства проснулись, но, наверное, с Богом каждый из нас в определенном возрасте ведет диалог. Для меня это все что-то значило. Но потом я понял, что мы там тоже не нужны. Мы - люди моего возраста - нужны там, где мы выросли. А вот наши дети и внуки будут жить там, где захотят. Моя младшая дочка - в ней текут три крови. Я - стопроцентный еврей, моя жена - наполовину кабардинка, наполовину русская. Три крови, три религии! Вот это дети будущего. Это будущее мира. И тогда не будут мусульман высаживать из самолетов в Америке, а евреев загонять в гетто. Моя дочка Беата будет от всего этого свободна. Ради этого стоит жить.
Вот сегодня в своем возрасте я нахожусь на таком уровне понимания того, что я хочу в этой жизни. И кстати, об этом я хотел говорить на Балтийском форуме. Конечно, доклад сухой, но я никогда не шпарил по бумажке - ни когда я был преподавателем в университете, ни сейчас. Но в том, что я сказал вам, - смысл того, что я бы сказал участникам форума.  | |
     
    
 |
 Copyright (c) Petits Copyright 2001 Associated Press All rights reserved E-mail Webmaster ISSN 1407-6640 |
