 |
 |
|
|
|
||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|||
| |||||||||
| |||||||||
|
OpenX
«С властью - по-русски»
- Вы уже четыре года трудитесь в государственном акционерном обществе «Латвияс дзелзцельш». Скажите, а ваше образование имеет отношение к железной дороге?
- Образование у меня высшее юридическое. Я менеджер с целой командой специалистов высочайшего класса. Главный менеджер в любой компании - это капитан, который должен обеспечить ритмичную работу команды.
- Как проходит реорганизация «Латвияс дзелзцельш»?
- Если взглянуть на железнодорожные компании Европы, то сегодня мы находимся на пионерских позициях в реструктуризации нашей фирмы: не уступаем в темпе ни германским коллегам, ни французским. Мы не смешим зарубежных коллег, как, скажем, англичане, которые уже поговаривают о национализации железной дороги: состояние их пассажирских перевозок в два раза хуже, чем в Латвии. Наша главная задача - повысить конкурентоспособность «Латвияс дзелзцельш». Напомню, что по итогам работы в 2000 году 44% грузоперевозок на балтийском рынке принадлежало «Латвияс дзелзцельш». В этом году по сравнению с прошлым идем с плюсом в 15%, а, например, литовские друзья и конкуренты - с минусом в 25%. У них уже встал вопрос о задержках зарплаты.
- Интересуетесь ли вы здоровьем и отдыхом своих работников?
- Когда-то у нас были собственные дома отдыха и система здравоохранения, но рыночная экономика расставила все по местам: непрофильные структурные подразделения ушли от железной дороги и действуют на собственных секторах рынка. Исходя из своего опыта, скажу: не может быть полностью реализована социальная справедливость, если ограниченное количество возможностей делится, - тогда обычно получает не тот, кто больше всего нуждается или заслужил, а, как было и при прежнем режиме, тот, кто понахальнее. И это плохо. Вряд ли вас это успокоит, но мой рабочий день длится куда больше 12 часов, и более чем одного выходного у меня тоже не бывает.
- Заботитесь ли вы о молодых специалистах, обеспечиваете ли их жильем?
- Еще пять лет назад у нас был жилой фонд на 50 000 человек, сегодня он весь отдан самоуправлениям. Мы о молодых специалистах заботимся немного иначе: помогаем профильным вузу, техникуму, школе машинистов, предоставляем места и новейшую технику для практики студентов. Например, наши производственные коллективы по ремонту путей (куда вложено уже более 10 миллионов латов) способны конкурировать с западноевропейскими. Наша фирма финансирует обучение молодых специалистов иностранным языкам, направляет их на стажировку в Германию и Австрию.
- Дополнительные расходы требуют дополнительных денежных источников. При недостатке государственного финансирования основной деятельности дороги откуда вы берете средства?
- Европейский Союз предоставил «Латвияс дзелзцельш» 33 миллиона евро в виде безвозвратных грантов. Это можно считать уникальной оценкой нашей деятельности - на фоне других Балтийских стран. При высочайшей конкуренции на рынке труда своим пятнадцати с половиной тысячам работников мы платим зарплату день в день, не имеем задолженности по налогам, в том числе социальному, имеем одну из лучших в Латвии больничных касс. У нас действует собственная страховая система, есть задумки о собственном пенсионном фонде. Ну а средний уровень зарплаты - около 200 латов.
- Я бывший помощник машиниста «Латвияс дзелзцельш». Зарплата в 200 латов - это неправда.
- Жалко, что вы бывший работник. Как раз в минувшем квартале средняя зарплата подошла к 200 латам. Вы ушли и своего не дождались. В этом году мы намерены реализовать еще несколько программ для роста зарплаты - в первую очередь рабочим категориям наших сотрудников. И при этом я считаю, что людям вашей профессии мы платим незаслуженно мало, даже сопоставляя, допустим, с медиками или учителями.
- Не осложнят ли реализацию ваших планов действия Министерства путей сообщений РФ?
- В России принято политическое решение - с 1 августа создать особые условия для перевозок через российские порты. В связи с этим ситуация в наших портах где-то на треть ухудшится в смысле перевалки экспортных грузов через Латвию. При этом уже сегодня, скажем, в порту Санкт-Петербурга неразгруженные составы стоят месяцами, а теперь туда повернут еще и составы, которые раньше шли к латвийским портам. Из-за этих политических решений больше всего, я думаю, будет страдать российский производитель, но косвенно это отразится и на коллективе «Латвияс дзелзцельш».
- Вы говорите, что денег нет, а по Интернету пришел вопрос: куда вы, г-н Зоргевиц, засунули денежки от продажи рижского вокзала и сколько сами себе выписали премию?
- Когда стало ясно, что никто в Латвии не может вложить в вокзал огромные средства, был проведен международный конкурс, в условиях которого было указано: помещения вокзала в управление получит тот, кто вложит в него не менее 6 миллионов латов с одновременной реализацией железнодорожных технологий. На сегодняшний день вложено уже более 7 миллионов латов, а к моменту презентации в августе второй очереди вокзала инвестиции превысят уже 10 миллионов. Весь же проект стоит около 50 миллионов долларов, и по его завершении Рига получит один из самых современных железнодорожных терминалов Европы.
«Латвияс дзелзцельш» в Рижский вокзал не вложил ни цента, ни сантима, но дал возможность войти в него частному капиталу. Поскольку вокзал не продан, то и мы остались без премий. Обошлось и без взяток. Думаю, что такой подход станет общей практикой: думать в первую очередь о людях, городе, государстве.
 | |
      
    
 |
 Copyright (c) Petits Copyright 2001 Associated Press All rights reserved E-mail Webmaster ISSN 1407-6640 |
В минувший понедельник народ по-русски общался с генеральным директором «Латвияс дзелзцельш» Андрисом Феодоровичем ЗОРГЕВИЦЕМ
