 |
 |
|
|
|
||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|||
| |||||||||
| |||||||||
 У лукоморья дуб свалило...
Под Тукумсом на большом холмистом поле, неподалеку от хутора «Вецстумбури», в местечке Церксте, растет четырехсотлетний дуб. В тамошних краях его называют Стумбурозолс.
Как-то пожаловалась я местной крестьянке, мол, одолели мелкие болезни и неудачи. «А вы пойдите к Стумбурозолсу, — посоветовала она, — прижмитесь к стволу и послушайте, что нашепчет листва». Обняла я теплый шершавый ствол и почувствовала, будто сила дерева меня наполнила. И ушла я от дуба с покоем в душе. С тех пор каждую весну хожу к нему на поклон.
Надо сказать, что места там красивейшие. Рядом — озеро, которое тоже называют стумбурским. Неизвестно, получило ли озеро имя от хутора «Стумбури». Или, наоборот, хутор назвали в честь водоема, на берегу которого до сих пор густой лес. Ведь в переводе с латышского stumburi означает стволы.
...Прошлой осенью могучий дуб не устоял перед шквальными ветрами. Было грустно смотреть на треснувший ствол Стумбурозолса. К тому же из трех ветвей, растущих почти от самой земли, осталась только одна. Но нынешней весной раненый дуб вновь зазеленел. На удивление всей округе. Так велика была у Стумбурозолса жажда жизни, что собрал он всю накопленную за столетия энергию и снова зацвел. Причем распустились листочки на всех ветвях, даже на той, которая полностью отломилась. Словно дуб-целитель человеческих недугов исцелил себя сам.
С древних времен считалось: срубишь дуб — навлечешь на себя несчастье. Славяне верили, что дерево это существовало еще до сотворения мира. Даже Плиний Старший, будучи великим натуралистом, писал: «Дубы, не тронутые веками, одного возраста со Вселенной. Они поражают своей почти бессмертной судьбой. Они — величайшее чудо мира». У древних римлян дуб назывался «югланс», то есть плод Юпитера. В Древней Греции его посвящали богу солнца Аполлону. Венком из дубовых веток награждали за спасение отечества от врагов.
С давних пор люди знали применение плодам этих священных деревьев. Собирают желуди по осени. Говорят, кофе из них не хуже бразильского. Испокон веков в голодные времена помогало это дерево человеку. Из желудевой муки делали даже лепешки и кашу. Одна старая крестьянка рассказала мне, как они это делали во время последней войны.
Желуди очищали от кожуры, разделяли на четыре части и двое суток вымачивали в воде, меняя ее три раза в день, чтобы удалить избыток дубильных веществ. Затем перекладывали плодики в кастрюлю и заливали водой в пропорции один к трем. Как закипит, все желуди сначала на дуршлаг, а потом — в мясорубку. Сушили «фарш» на воздухе, раскатывая слоем на куске фанеры. Когда он высыхал до хруста, мололи на кофейной мельнице. При крупном помоле получается крупа для каши, при мелком — мука для оладий.
Большое искусство испечь их, ведь желудевое тесто не обладает клейкостью. Поэтому сковородку с оладьями накрывают другой сковородкой такого же размера, и, когда одна сторона поджарится, сковородки переворачивают и меняют местами. Ели эти оладьи в основном с яблочным, сливовым и клюквенным вареньем, которое тоже заготавливали осенью из даров леса.
 | |
      
    
|
 Copyright (c) Petits Copyright 2001 Associated Press All rights reserved E-mail Webmaster ISSN 1407-6640 |
Справка