
Елена Коренева: «Я снова могла бы стать официанткой...»
 | Знаменитая актриса назвала свою книгу воспоминаний «Идиотка» и вообще считает, что ее жизнь - «сплошная художественная литература!» . Эксклюзивное интервью корреспонденту «Часа» Мае Халтуриной . |
«Ну вы и смелая женщина!» - сказала я ей... Выяснилось, что экстравагантное название Елену совсем не пугает. Она уверена, что читатель поймет ее иронию и сам расставит точки над «i». Книга должна выйти вот-вот - через пару месяцев.
Елена Коренева приехала в Ригу со спектаклем «Доброе утро, любимая!», который она сыграла вместе со своим любимым мужчиной Андреем Ташковым (автором пьесы и режиссером) и своей младшей сестрой Сашей Кореневой. Считать спектакль произведением театрального искусства, а тем паче его рецензировать просто невозможно. К тому же зрителей полчаса продержали в зале, прежде чем занавес открылся. Зато живая настоящая Коренева на сцене - была. И разговаривать с ней за кулисами оказалось интересней, чем видеть ее на сцене.
В спектакле есть замечательный диалог, из которого следует, что героиня Кореневой... тоже написала книгу воспоминаний. А ее любимый мужчина очень волнуется: что там написано про него? Вдруг жена прочтет?
- Елена, перед вами стояла такая же проблема - писать про такой-то эпизод или не писать? Зашифровать имя героя своего романа или нет? Как бы кого не обидеть...
- Нет. Если я не хотела кого-то обидеть, то я просто не писала об этом. В каких-то случаях я опускала имена. Но фактически все основные персонажи фигурируют под своими настоящими фамилиями.
- Известно, что многие актрисы почувствовали себя обиженными, когда вышли книги Андрона Кончаловского «Низкие истины» и «Возвышающий обман». А вы?
- Первая книга была очень любопытна. Во второй мне показалась, что автор суетился, преследовал какие-то посторонние цели и из-за этого не был искренним. Не говоря уже о ряде цитат, которые оказались неподлинными. О некоторых женщинах, которые были ему близки, он пишет вещи, не соответствующие фактам. Скорее это приукрашивание действительности ради остроты повествования. Так как я сама писала воспоминания, я понимаю, как легко этим соблазниться и постепенно начать писать приключенческий роман. Но надо решить: или ты пишешь о реальных фактах, которые ты осмысливаешь, или - художественную литературу.
- Когда я читала Кончаловского, то невольно думала вот о чем: конечно, каждый человек вправе написать о себе все что угодно. А о других? Если какая-то женщина когда-то любила Андрона Кончаловского - это и ее тайна тоже, а не только его...
- Да, этот момент очень важен, я чувствовала это по себе. Когда я пишу о мужчинах, с которыми я была близка и которые мне дороги, я понимаю, что это часть их жизни тоже. В двух случаях я описываю мужчин и подлинные факты их жизни, связанные с наркоманией. Это их частное дело, но я писала о борьбе с этой бедой, от которой они оба избавились. Я писала, болея и переживая за них. И видела перед собой конечную благую цель: ведь этим сейчас больно все общество и особенно молодое поколение... Кроме того, они оба живут не в России и не знают русского языка. Я понимаю, что если бы я была хорошо известна как актриса в их странах и они бы прочитали мою книгу, то им было бы неприятно. Но их никто не знает здесь, а меня никто не знает там.
- О Кончаловском вы тоже пишете?
- Я не написала, конечно, всего, что я думаю и знаю о нем, но я избрала такую полемическую форму, к которой можно подключать читателя. А как отнесется к этому Кончаловский, я не знаю. Читать про самого себя - это никому не нравится. Мое желание написать книгу было связано только с тем, что моя жизнь полна таких парадоксальных историй, таких вывертов, которые могут быть интересны другим людям. И из них можно вывести какую-ту мудрость, жизненную философию... Я не преследовала чисто нарциссические цели, у меня не было желания отомстить кому-то. Вооружаться местью невозможно, потому что она никогда не ведет к благим результатам. Но у меня было ощущение, будто я накопила столько материала, что это уже само по себе - художественная литература, а не жизнь.
- Сначала - знаменитые роли в знаменитых фильмах, потом эмиграция и работа официанткой в нью-йоркском ресторане... Эти повороты судьбы складывались сами собой или это следствие вашего отчаянного характера?
- Если вы верите в астрологию, то можно думать, что все зависит от моего знака зодиака - Весы. Если вы буддист - значит, верите, что все идет от кармы, которую мы отрабатываем за своих предков. Я сама не знаю, какое объяснение лучше. Мне нравится цитировать чью-то мысль, что человек притягивает к себе обстоятельства. Он, как актер, в какой-то степени выбирает пьесу, в которой ему играть.
И Андрюшина пьеса «Доброе утро, любимая!» - она отчасти о том, что мы очень мало можем изменить во внешнем мире, но мы можем увидеть его по-другому. То, что мы видим, есть результат нашего сознания. Один человек видит хорошее, другой видит плохое, и можно работать над собой, чтобы создать свою собственную сказку, - и она станет реальностью. Так что, вероятно, я энергетически была готова к определенным поступкам и экспериментам, к тому опыту и риску, который я искала, натыкаясь, как Буратино, на закрытую дверь и ломая себе нос.
Одно время я хотела назвать свою книгу «Благие намерения», ибо часто человек, предполагая лучшее и надеясь на него, получает от жизни по башке. И это не наша вина, просто таков мир, и мы избраны, чтобы сыграть эту роль. У меня в жизни была своя роль: пройти те испытания, которые мне выпали.
- В 93-м году, когда все «нормальные» люди уезжали на Запад, вы, наоборот, вернулись в Россию. Вы не разочарованы той жизнью, которая у вас тут сложилась?
- «Разочарована» - неправильное слово применительно ко мне. Мне кажется, что с годами я становлюсь все умнее и умнее. Поэтому, естественно, вспоминая то, что я делала несколько лет назад, я думаю: господи, как я была глупа и наивна в чем-то...
- А вы могли бы сейчас пойти работать официанткой, если бы жить было не на что?
- Да, могла бы. Собственная жизнь дороже того, что кто-то там обо мне подумает. Мне даже иногда хочется опять попробовать...
|  |











|