«Суббота» накануне Пасхи побывала в Лиепае, где их отливают
Фото из архива «Liepaj a s metalurgs».
В ночь с субботы на воскресенье над христианским миром запоют колокола, возвещая о воскресении Иисуса Христа. Звонари латвийских церквей, раскачав многопудовые бронзовые громады, тоже вплетут в общий хор свои торжественные мелодии. Многие из наших колоколов созывают верующих к богослужению уже столетия. А некоторые - совсем юные. Их с недавних пор стали отливать в цехах завода Liepajas Metalurgs.
Люба МЕЛЛЕР
Говорят, если храм - это молитва в камне, то колокол - молитва в звуке. Помните, как в фильме Тарковского «Андрей Рублев» юный мастер Бориска искал чудо-глину, из которой должен был изготовить форму для своего первого творения? Излазил десятки оврагов, перетер руками килограммы образцов, на слух определяя «шепот» бурой массы. Пока наконец по каким-то одному ему известным признакам не нашел то, что надо. Но зато как мощно зазвучал потом этот бронзовый шедевр!
Наверное, современным литейщикам мелодичных церковных святынь больше других понятны творческие муки героя фильма. У специалистов Liepa-jas Metalurgs лишь на создание модели будущего колокола уходит около двух месяцев. Дело это кропотливое, ведь только крупных деталей больше десятка, да еще и накладные украшения, идущие в несколько рядов! Да и опыт у мастеров пока невелик. Отливку колоколов здесь возобновили три года назад. Хотя еще в царские времена и в годы Первой Латвийской Республики такие заказы на Либавский завод (так назывался тогда нынешний LM) по производству проволоки и гвоздей поступали нередко.
За последние годы на «Металлурге» отлили почти три десятка колоколов. Их мелодичный звон слышен по всей Латвии - в церквах Риги, Лиепаи, Огре, Прейли, Валмиеры, Кулдиги, Гулбене, Валки... В феврале лиепайчане выполнили заказ для рижской церкви Святого Екаба, изготовив 170-килограммовый бронзовый колокол; скоро он займет свое место на звоннице собора.
В музее завода можно увидеть колокол 1922 года. А в 1934 году в Лиепаю приезжал Карлис Улманис - заказывал лиепайским литейщикам бронзовый колокол для церкви в Берзайне. Легенда гласит, что, когда его сделали, весьма довольный президент выставил умельцам пива аж на 25 тогдашних латов. А во время войны колокол из Берзайне попал в переплавку...
Новейшая история литья колоколов началась с того, что в конце 1997 года представители одной из рижских церквей обратились на завод с просьбой. Их старый колокол, доставленный в 1887 году с гатчинского завода Лаврова, дал трещину. Этот «дедушка» и послужил прообразом новых моделей.
Гатчинский колокол весил 9 пудов (170 кг), точно таким же был и тот, что первым отлили на LM в 1998 году. А потом заводские умельцы по тому же образцу сделали модели для двух колоколов поменьше - на 52 и 42 кг. Соответственно, и размеры у них разные: большой - 690 мм в диаметре, а малый - 450 мм.
Работник литейного цеха Владимир ЛОМАН и бронзовый 170-килограммовый колокол.
Сплав тоже определили по гатчинскому образцу - 10 процентов алюминия, 4 процента железа, остальное медь. Такую же бронзу на LM используют для разных ремонтных нужд. Но по желанию заказчика могут отлить и стальной колокол. Тогда самый большой будет весить не 170, а 140 кг (плотность другая). А маленький - всего 34 кг. Стоят бронзовые колокола от 110 до 250 латов, а стальные - от 50 до 130 латов.
А вот язык (вернее, било) для всех колоколов отливают только из стали. Потому что от удара бронзы о бронзу звук получается не звенящим, а приглушенным.
Конечно, заказ на какой-нибудь многотонный царь-колокол лиепайчане не примут: емкость печи не позволит, она рассчитана на тонну.
Процесс изготовления колоколов за века изменился не сильно. Сначала из дерева мастерится модель, потом по ней делают земляную форму из специальной смеси. Устанавливают модель, сверху ставят формовочный ящик (на языке литейщиков - опоку), засыпают и утрамбовывают формовочную смесь.
Затем модель извлекается, форма для упрочения красится и сушится. Полуформы наружной и внутренней частей соединяются, а пустое пространство между ними и есть очертания будущего колокола. Туда и заливается горячий металл.
Потом приходит черед обрубщиков и слесарей. Они отшлифовывают, удаляют приливы - так называются потеки, остающиеся на готовой отливке. В ход идут различные молотки, зубила, шлифовальные камни и прочие инструменты. Затем подвешивается било... Вот и все. Колокол готов. В общей сложности литейщики священнодействуют над ним неделю-полторы.
В цеху сейчас несколько уже отлитых, но не полностью обработанных колоколов. Хотя бронзовый красавец и в таком полуготовом состоянии выглядит весьма внушительно. Специально для «Субботы» мастера подцепили его подъемным краном и «сняли пробу» звука. И хотя ударять пришлось молотком (язык еще не занял своего места), получилось впечатляюще - над огромным цехом поплыл звонко-набатный и в то же время мелодичный голос. А вот звук стального колокола совсем не тот, какой-то тусклый. Но кому что нравится.
Сейчас мастера-модельщики работают над формой для нового колокола. Вернее, колокольчика - он будет высотой всего 150 мм. Но и в этой модели будет столько же деталей, сколько и в «старших братьях». Всего таких малышей изготовят 50 штук - их заказали к 800-летию Риги. Чудный сувенир получится.
...А в углу ждет своего часа готовая форма для строгого лютеранского креста. Его еще ни разу не отливали. Но ведь Латвия возвращается к вере. Значит, и кресты для новых храмов могут понадобиться.
«Суббота» благодарит пресс-секретаря Liepa- jas Metalurgs Лайлу МИЛЛЕРЕ за помощь в подготовке материала.